Судьба российских баз в Сирии
9 августа стало известно о подписании меморандума о взаимопонимании между Россией и Сирией касательно будущего российских военных баз. Как сообщило агентство SANA со ссылкой на правительственные источники, в течение последующих трех месяцев базы будут перепрофилированы в совместные учебно-подготовительные центры для военнослужащих.
Подписанию меморандума предшествовали переговоры, которые продолжались более полутора лет. Длительный переговорный процесс свидетельствует, с одной стороны, о комплексном рассмотрении российско-сирийских отношений и, с другой стороны, о времени, выигранном для взвешенного осмысления присутствия.Для Сирии сохранение российского присутствия в новом ограниченном формате является не столько противовесом турецкому влиянию, cколько переговорным рычагом , поскольку на фоне укрепляющегося сотрудничества Сирии с Турцией сложно говорить о соразмерном контрбалансе. Кроме того, посообщениям ряда СМИ, получение помощи со стороны стран Запада также напрямую увязывалось с выводом российских баз. Однако, «наследие» Сирии в виде обязательств предыдущего периода требует поиска многовекторных решений.
Вместе с тем сохранение присутствия в том или ином виде может создать задел для примирения нового правительства Сирии с той частью населения, которое симпатизирует России.
Леонид Цуканов, консультант ПИР-Центра: Сирия стремится пересмотреть своё региональное положение в новых условиях. В том числе пересмотреть формат и наполнение ключевых партнёрских соглашений. С учётом декларируемого новыми властями снижения уровня террористической угрозы, присутствие большого количества военных баз на территории страны уже не выглядит целесообразным. В отличие от совместных учебных центров, которые создаются сейчас, в том числе совместно с Россией. Через перезагрузку военной инфраструктуры и форматов сотрудничества Дамаск намерен в том числе показать соседям, что может самостоятельно обеспечивать национальную безопасность, получая от партнеров лишь общий вектор развития.
Меморандум меняет не только политическую рамку присутствия, но и его военно-экономическое измерение. Россия сохраняет возможность присутствовать на стратегически важном средиземноморском направлении, хотя и в существенно меньшем масштабе. Значение Тартуса и Хмеймима выходило далеко за рамки «сирийской кампании», они использовались как логистические узлы для российского присутствия в Средиземноморье и потенциально для обеспечения операций в Африке.
Показательно, что еще в июле сирийская «Рус Лайн» совместно с российскими компаниями проектировала на причале №4 в Тартусе коммерческий узел с ориентиром около 250 тыс. тонн в месяц по маршруту Новороссийск – Тартус. Основной товарооборот будет включать пшеницу, древесину, уголь, рис, сахар, сталь.Для Дамаска военно-экономический эффект соглашения заключается прежде всего в возвращении под государственный контроль инфраструктуры , которая может приносить экономическую отдачу и одновременно снижать зависимость от иностранного военного оператора. Сирия получает возможность самостоятельно распоряжаться гражданской частью Хмеймима и и тем самым причалом №4, эксплуатация которогоначалась уже 11 августа, а его характеристики позволяют одновременно обслуживать до трех крупных судов . Это создает предпосылки для увеличения внешнеторговых потоков и поступлений от портовой деятельности, что особенно важно для экономики страны, находящейся в процессе восстановления.
Николай Новик, заместитель директора Центра ИМВЭС НИУ ВШЭ: Сложившаяся конфигурация является компромиссной – сокращаются расходы на содержание полноценной военной инфраструктуры и одновременно сохраняется кадровое, военно-техническое и логистическое присутствие. Экономическое измерение присутствия рассматривается как один из способов сохранить влияние после ухода Башара Асада. Сохранение российских специалистов в формате учебных центров позволяет и Дамаску получать военно-техническую подготовку без необходимости содержать прежнюю систему иностранного военного присутствия. При этом экономический выигрыш самой Сирии будет зависеть от интеграции полученной инфраструктуры в национальную систему управления и привлечения внешних инвестиций.