НОАК черпает силы из великого духа Антияпонской войны
Так называемый «великий дух Антияпонской войны» представляет собой одно из ключевых духовных достояний современного Китая и одновременно является фундаментом для идейного и организационного строительства вооружённых сил в новую эпоху. Си Цзиньпин подчёркивает, что этот дух сформировался в ходе национальной борьбы за выживание и вобрал в себя несколько центральных компонентов: патриотическое чувство ответственности за судьбу страны, готовность к самопожертвованию и стойкость перед лицом угрозы порабощения, несгибаемую решимость вести борьбу до конца, а также глубокую веру в справедливость и неизбежность победы.
В ситуации смертельной опасности именно эти качества превратились в цементирующую силу, обеспечившую консолидацию общества, превращение миллионов простых людей в участников национального сопротивления и создание непреходящего символа стойкости китайской нации. В официальной интерпретации КПК этот дух является не только историческим наследием, но и живым источником, обеспечивающим идейную подпитку для модернизации вооруженных сил, что позволяет вписывать опыт Антияпонской войны в стратегию возрождения китайской нации и создания армии «мирового уровня».
В условиях национального кризиса и угрозы исчезновения государства в народе пробудилась тысячелетняя традиция «天下兴亡、匹夫有责» («когда страна в опасности, каждый несет ответственность»). От крика «не быть рабами!» до массовой мобилизации миллионов на сопротивление, глубокая приверженность Родине стала основой духа сопротивления китайцев. КПК сыграла роль «срединного столпа»: подняла знамя вооруженной борьбы, создала антияпонский единый фронт, открыла фронты в тылу противника и возглавила борьбу за выживание нации. Подвиги «пяти героев горы Ланъяшань», смерть в бою Ян Цзинъюя, победы в сражении при Пинсингуане и в «Сто сражениях» стали живыми символами этого духа.
Важнейшую роль сыграл и народ: крестьяне, рабочие, интеллигенция и торговцы в едином порыве поддерживали армию, создавая сеть сопротивления – от детских союзов и женских организаций до народных форм партизанской войны (минные атаки, тоннельная война, засады). Так формировалась «мореобразная» мощь всенародной борьбы.
Дух антияпонской войны также имел международное измерение: помощь Нормана Бетьюна, советских летчиков-добровольцев[1], участие китайских экспедиционных войск в Бирме подчеркнули его связь с глобальной антифашистской борьбой.
Этот дух обеспечил уникальную сплоченность нации, которая превратилась в неприступную «стену». Он вызвал к жизни боеспособность, которая, несмотря на техническое отставание, позволила противостоять сильнейшему врагу. Он закалил несгибаемую стойкость, помогая выносить чудовищные потери и продолжать борьбу. Он укрепил веру в победу: даже в самые тёмные времена звучали слова «Китай не погибнет» и гимн «Марш добровольцев». Он доказал свою непреходящую притягательную силу: любовь к Родине, героизм, вера в победу стали частью национальной идентичности.
В современной китайской армии этот дух рассматривается как фундамент. Он требует от военных НОАК абсолютной преданности партии, готовности к самопожертвованию, непрерывного совершенствования боевых навыков и дисциплины. Он предполагает наследование традиций стойкости, готовность к научным прорывам и инновациям – как в годы войны, когда приходилось искать и изобретать новые тактики в условиях нехватки ресурсов (человеческих, материальных, технических).
Современные вызовы – это уже не только масштабные традиционные войны войны, но и комплексная интеллектуализированная война, где важны технологии, искусственный интеллект и киберпространство. Но логика та же: для того, чтобы повысить готовность к ней, нужно изучать военную историю, вырабатывать стратегическую устойчивость, укреплять связь армии и народа.
Подробнее по ссылке.