Н(AI)светлейшее будущее для ЕС? Как сформировать стратегию ЕС в эпоху общего искусственного интеллекта
Вопрос развития искусственного интеллекта сегодня остро стоит на повестке дня Европейского Союза. Брюссель принял уже несколько стратегий в данной сфере, однако разрыв с Соединёнными Штатами остаётся существенным. Эксперт Польского института международных отношений (PISM) Александра Войтович изложила своё видение ситуации и сформулировала ряд рекомендаций, которые, по её мнению, должны помочь ЕС грамотно использовать эту технологию себе на благо.
В начале автор проводит технический ликбез, где утверждает, что желаемым результатом для учёных сегодня является создание так называемого «общего искусственного интеллекта» (ОИИ), способного выполнять широкий спектр задач наравне с человеком. Однако многие считают проект нереализуемым на данный момент, так как он требует качественно новых подходов к разработке нейросетей и отхода от экстенсивной модели развития, опирающегося на увеличение масштабов существующей инфраструктуры. Несмотря на все сложности, как США, так и ЕС в своих недавних стратегиях заявили разработку ОИИ приоритетной задачей.
Далее Войтович рассматривает подходы двух вышеупомянутых акторов. С одной стороны, США демонстрирует динамику в своём отношении к разработке ИИ: аккуратная политика Байдена, учитывающая этические аспекты вопроса, сменилась коммерческим и даже конкурентным взглядом Трампа. Так, дабы не «тормозить прогресс», нынешний президент снял некоторые ограничения на разработку и эксплуатацию ИИ, что привело к конфликтам с европейской юрисдикцией. Далее, в 2025 году Вашингтоном был принят План действий в области искусственного интеллекта, который утверждал три столпа политики по отношении к ИИ: дерегуляция, создание инфраструктуры и технологическая дипломатия. Последний пункт предполагает, что США экспортируют своим союзникам готовые нейросетевые системы, включающие как «железо», так и программное обеспечение. Таким образом, по мнению автора, американская стратегия предполагает предоставление другим странам полноценных ИИ наборов «под ключ», чтобы устранить у них нужду развивать свои решения в этой области. Упор же в этой схеме делается на генеративные модели общего характера и экстенсивный характер развития.
С другой же стороны, Европейский Союз демонстрирует намного более стабильный, но вовсе не оригинальный подход. В 2018 году на континенте принимают «Координационный план по искусственному интеллекту», стимулирующий стран-членов использовать свои средства для инвестирования в цифровизацию и разработку нейросетей. Шестью годами позже публикуются два документа: «Закон об искусственном интеллекте», классифицирующий ИИ-модели согласно уровню риска; и отчёт экс-премьера Италии Марио Драги, где политик подчёркивал экономическую опасность низкой вовлечённости ЕС в развитие новых технологий. В итоге в 2025 году принимается «План действий в области искусственного интеллекта для континента», содержание которого крайне похоже на американский подход, так как в обоих вариантах упор делается на генеративные модели. Тем не менее Брюссель всё же не решается на масштабную дерегуляцию в правовом поле.
Как утверждает Войтович, несмотря на слабую оригинальность европейской политики по отношению к ИИ, американская и континентальная модели дают кардинально разный результат. В первую очередь это несоизмеримые масштабы привлекаемых инвестиций: в период с 2013 по 2023 в США индустрия нейросетей смогла привлечь в шесть раз больше частного капитала, чем аналогичные компании в ЕС и Китае. Однако основная проблема в том, что эти денежные потоки почти всецело идут на всё то же экстенсивное развитие, не привязанное к какой-либо конкретной индустрии. Это правило распространяется и на Европу, проигрывающую в гонке разработки ОИИ.
По мнению автора, существует целый ряд рисков и ограничений, сопряжённый со стратегией ЕС. Европа не может обеспечить тот же поток электричества по аналогичным с американскими ценам, что делает экстенсивную конкуренцию априори невыгодной. Более того, такая энергоинтенсивность противоречит «зелёной» политике Брюсселя и заставляет полагаться на импортируемые энергоносители. Более того, расширение необходимой инфраструктуры делает континент зависимым от поставок тайваньских микрочипов. В сумме эти факторы подрывают европейскую автономность.
В конце Войтович выдвигает ряд рекомендаций, направленных на преодоление невыгодной конкуренции и зависимости от внешних поставщиков. Во-первых, для одновременного обеспечения развития ИИ-индустрии и поддержания энергетической независимости Европе стоит полагаться на ядерную энергетику. Во-вторых, перейти от экстенсивного развития к интенсивному: вместо попытки обогнать США в создании генеративных нейросетей общей направленности, целесообразнее будет разрабатывать узконаправленные модели, заточенные под нужды конкретных индустрий и предприятий. В-третьих, попытаться совершить «технологический скачок» при помощи квантовых технологий. В-четвёртых, приоритизировать цифровой суверенитет посредством хранения данных на европейских серверах. В-пятых, привлекать частные средства и выстраиватт сотрудничество государства и частных компаний для продвижения разработок. Наконец, сделать ставку на Польшу как на лидера в сфере ИИ в Центральной и Восточной Европе.Материал по ссылке.